Под Знаком Исцеления - Ник О`Донохью

Библиотека была открыта, но почти пуста: было воскресенье, да и семестр еще только начался. Бидж посмотрела в окно, стараясь вспомнить, что значили для нее занятия здесь семь лет назад.

Она прошла в справочный отдел.

— Мне очень жаль, миссис Собелл, но все-таки мне понадобилась и ваша Книга Странных Путей. Библиотекарь безмятежно улыбнулась ей:

— Я ожидала этого, дорогая. Одну минуту. — Бидж с нетерпением дождалась, когда та закончит какие-то дела во внутреннем помещении, и виновато сказала миссис Собелл:

— К сожалению, я должна спешить…

— В таком случае мы воспользуемся лифтом. Они поднялись не в картографический отдел, а в зал, где наводилась выставка, посвященная переплетному делу с древности до современности; экспонаты ее вряд ли могли представить для кого-то большой интерес.

Миссис Собелл отперла витрину и вынула лежавшую там между каким-то словарем в тисненой обложке и Новым Заветом в бронированном переплете времен второй мировой войны Книгу Странных Путей.

— Все считают меня старой чудачкой, потому что я настояла на организации этой выставки. На самом деле создавать экспозицию такую скучную, чтобы в ней можно было спокойно спрятать ценную книгу, было ужасно интересным занятием.

Они вошли в лифт, чтобы спуститься вниз. Прежде чем дверь скользнула в сторону на первом этаже, миссис Собелл коснулась руки Бидж:

— Надеюсь, вы простите меня, Бидж.

— За что? — В течение последнего года Бидж так часто сталкивалась с обманом и предательством, что сейчас почувствовала себя на пределе возможностей.

— Когда вы сказали мне, зачем пришли, — спокойно ответила маленькая женщина, — я позвонила кое-кому. Я сочла, что это мой долг перед одним читателем — читателем, который часто пользуется Книгой Странных Путей.

Дверь лифта отворилась. Бидж сделала шаг вперед и оказалась в объятиях Стефана.

Когда он разжал руки, он только сказал:

— Я уж думал, что больше никогда тебя не увижу. Бидж кивнула. Ей очень многое хотелось ему сказать, но она не была уверена, принесет ли это кому-нибудь из них пользу. Девушка показала ему Книгу Странных Путей:

— Я должна забрать ее.

— Ты заберешь с собой не только ее, Бидж. — Стефан улыбнулся, но в его улыбке она заметила сожаление. — Я взял академический отпуск на весенний семестр: умер член моей семьи. Так что я возвращаюсь вместе с тобой.

— А как же твои занятия в колледже? Что насчет того, чтобы стать ветеринаром?

— Это подождет. — Стефан сдвинул шляпу набок, рассматривая свое отражение в окне библиотеки. — Когда я вернусь, я стану лучшим студентом, чем сейчас.

— Стефан, но у тебя и так одни отличные отметки!

— Да, но какой ценой! Я встаю на рассвете, чтобы читать учебник, а ложусь позже всех в общежитии. У меня все еще трудности с английским… Может быть, — закончил он серьезно, — в перерывах между сражениями Кружка поможет мне с этим, если будет возможность. — Он удивленно взглянул на Бидж. — Чему ты смеешься?

Бидж, стараясь унять веселье, обняла его:

— Я просто рада, что мы будем вместе.

Миссис Собелл довольно улыбнулась.

Бидж ожидал еще один сюрприз, хотя об этом ей следовало догадаться: в вестибюле ее встретил Эстебан Протера. Он совсем запыхался, но опирался на свою трость так элегантно, как будто репетировал позу часами.

— Миссис Собелл позвонила мне. В любом случае я собирался проводить вас, — сказал он Стефану. — Вы уверены, что не передумаете?

— Конечно. — Стефан с откровенной завистью взглянул на его трость. — Если все пойдет хорошо, то осенью я вернусь.

— Я не сомневаюсь, что все будет в порядке. — Протера протянул руку и извлек из-за спинки кресла великолепную трость темного дерева с медным кольцом чуть пониже рукояти. — Вы как-то говорили, что трость вам пригодилась бы.

Глаза Стефана засияли.

— Какая прелесть! — Он взялся за рукоять, взмахнул тростью, покрутил ею в воздухе, потом подкинул и поймал, как Фред Астер. — То, что надо! Спасибо. — Он полез в карман за деньгами.

Протера взмахнул рукой:

— Это прощальный подарок — на счастье. Мне было очень приятно вас учить. — На его лице промелькнула тревога. — Но пожалуйста, будьте осмотрительны и не забывайте моих уроков. Стефан улыбнулся, его белые зубы сверкнули.

— Вы увидите, доктор, когда я вернусь, каких успехов я достиг. Протера и Стефан раскланялись. Бидж заметила, что в манере держаться у них появился схожий стиль.

Стефан двинулся вниз по ступеням лестницы, сдвинув шляпу набекрень и повесив на руку трость; попавшаяся ему навстречу первокурсница бросила на него такой взгляд, как будто увидела героя своей мечты. Бидж неожиданно почувствовала: у нее есть дополнительная причина радоваться тому, что этой весной Стефан отправляется вместе с ней на Перекресток.

Бидж быстро заглянула в Книгу Странных Путей. Филдс проложил новую тропу — прямо от рощицы на краю университетского городка. Они со Стефаном побежали туда, держась за руки, как влюбленные из музыкальной комедии. Они мчались со всех ног и задерживались только для того, чтобы найти в темноте нужный поворот; наконец, задыхаясь и смеясь, они повалились в траву на холме рядом с «Кружками».

Филдс обнял Стефана и почти так же нежно — Бидж. Потом повернулся и отправился закрывать тропу.

Бидж и Стефан еще не дошли до «Кружек», когда Бидж, снова заглянув в Книгу Странных Путей на странице, где был изображен Анавалон, ощутила озноб: на карте медленно проступала извилистая узкая дорога, ведущая из пустынной страны в сердце Перекрестка. Путь для вторжения Морганы был почти готов. Его приготовил ей Филдс, проложили Кружка и грифон, а придумала все она — Бидж.

Бидж стала лихорадочно молиться, чтобы ее предложение не оказалось ошибкой.

Глава 30

Они выступили перед рассветом — по той дороге, которую Филдс создал накануне. Перед тем, как отправиться в Кендрик, грифон предложил не открывать Странный Путь заранее, но Кружка возразил:

Моргане потребуется время, чтобы организовать нападение — после того, как станет известно о существовании новой дороги.

— К тому же, — поморщившись, добавил Кружка, — она уже знает, что ей нет необходимости нападать ночью. Зачем давать нам возможность скрыться? Маленький отряд последних обитателей Перекрестка производил грустное впечатление. Впереди шел Филдс, показывая дорогу; немногие оставшиеся мясоеды следовали за ним, расчищая тропу от камней и мусора.

Кружка, командующий армией, возглавлял вооруженный отряд. За ним на Полите ехала изможденная и еле способная держаться на кентавре Фиона. Потом шли мясоеды, составлявшие основную силу, и Бидж со Стефаном. Это было все. Остальные были мертвы, изувечены или покинули Перекресток.